Лидеры ростовских опг в 1994 году. Как зарождалась ростовская мафия

Криминальная Россия. Что стало с самыми страшными бандами 90-х

Лидеры ростовских опг в 1994 году. Как зарождалась ростовская мафия

С наступлением перестройки и капитализма в России, как известно, наступила и эпоха организованной преступности. Уже с конца 80-х крупные города наводнили банды молодых людей, жаждавших “первичного накопления капитала” – правда, не совсем законными способами. В течение 90-х эти группировки приобрели большой вес и стали отличительным признаком эпохи, а их войны и лидеры вошли в историю.

18 августа 2016 года стало известно, что очередной срок – 23 года тюрьмы – получил лидер одной из главных таких банд – Владимир Барсуков-Кумарин, прозванный в свое время “ночным губернатором Петербурга”.

“Умный журнал” вспоминает четыре печально известные ОПГ, орудовавшие в Москве и Санкт-Петербурге, и рассказывает, что с ними стало в итоге.

Солнцевская ОПГ

Одна из самых известных преступных группировок Москвы возникла в конце 1980-х на юго-западе города, в спальном районе Солнцево. Как и большинство таких организаций, она начала свою деятельность с “крышевания” очень распространённых в то время напёрсточников. Однако вскоре солнцевские развернулись и стали прибирать под свой контроль гостиницы, рестораны и казино.

Как считается, лидером группировки был уроженец Солнцева Сергей Михайлов по кличке Михась, начавший свою карьеру в качестве официанта. Кроме того, он занимался греко-римской борьбой и даже получил звание мастера спорта.

Ещё в конце 80-х Михась и его команда объединились с другой влиятельной группировкой юга Москвы – Ореховской, поделив сферы влияния и вместе пытаясь противостоять кавказским ОПГ.

В 1989 году трёх лидеров солнцевских и главаря ореховских Сильвестра арестовали и обвинили в вымогательстве, однако громкое по тем временам дело почти рассыпалось – не в последнюю очередь из-за того, что свидетели начали отказываться от своих показаний. В итоге осуждён был только Сильвестр, а солнцевских отпустили.

В 90-е группировка наращивала своё влияние, проникая на территории вне Москвы. В России они добрались аж до Архангельска и Мурманска, где имели долю в игровом бизнесе. Кроме того, солнцевские стали вкладываться в зарубежные активы, в основном в Европе. Сообщалось, что в Вене они открыли свой центральный офис.

Михайлов, в дополнение к российскому гражданству, приобрёл также израильское и костариканское, причём с латиноамериканской страной был связан скандальный эпизод: в 1994 году власти Коста-Рики пытались назначить его своим консулом в России (!). Видимо, ему это было нужно, чтобы получить дипломатический иммунитет, но российский МИД кандидатуру отверг.

Солнцевская ОПГ, в отличие от большинства других известных группировок, мало фигурировала в уличных войнах и громких судебных процессах, предпочитая вести дела относительно незаметно. Может быть, поэтому она, как считается, сохраняет своё влияние и по сей день.

Сергей Михайлов, так ни разу и не осуждённый в период свого могущества, сегодня ведёт жизнь респектабельного бизнесмена. Судя по его личному веб-сайту, он много занимается благотворительностью, а также пытается воспользоваться недавно принятым законом о “праве на забвение” и убрать упоминания о своих связях с преступным миром из российских поисковых систем.

Ореховская ОПГ

Ещё одна знаменитая группировка возникла в столице в конце 80-х в окрестностях Шипиловской улицы и получила своё название по имени района Орехово-Борисово. Её лидером был Сергей Тимофеев по кличке Сильвестр – уроженец Новгородской области, начинавший трактористом в колхозе и позже перебравшийся в Москву по лимиту.

Прозвище (с отсылкой к Сильвестру Сталлоне) он получил из-за любви к культуризму. Именно в “качалках” и спортзалах сформировался костяк будущей организации.

Начинали ореховские, как и все их коллеги, с рэкета. В 1989-м, как уже упоминалось, Сильвестр был арестован за вымогательсво вместе с лидерами солнцевских, но если тех в итоге отпустили, то ему дали три года колонии.

Освободившись в 1991-м, Тимофеев продолжил восхождение по пирамиде криминальной иерархии и объединил под своим началом все разрознённые бригады юга Москвы, которые к тому времени погрязли в жестоких уличных войнах.

Ореховские успешно внедрились в самые прибыльные отрасли: банковскую, алмазную, нефтяную. Их лидер превратился едва ли не в самого уважаемого авторитета столицы и даже ездил в США на встречу с легендарным вором в законе Иваньковым-Япончиком, который якобы благословил его на управление городом.

Однако музыка играла недолго, и вскоре Сильвестр был взорван в центре Москвы в своём “Мерседесе”. Его обгоревший труп опознали по зубам. Кто заказал это убийство, непонятно до сих пор: на недостаток врагов погибший пожаловаться не мог.

После смерти Сильвестра Ореховская ОПГ вновь раскололась на отдельные бригады, которые начали воевать как друг с другом, так и с конкурирующими бандами из других районов. В этой бойне погибло много влиятельных ореховцев.

В какой-то момент лидером группировки вроде бы стал Сергей Буторин по кличке Ося, но и он вскоре был вынужден уйти в тень, инсценировав собственные похороны в 1996 году.

А в 2000-м на его след вышли правоохранительные органы, расследовавшие убийство следователя прокуратуры Одинцовского района Московской области Юрия Керезя, и Буторина объявили в федеральный розыск.

После этого он и ещё ряд главарей были вынуждены бежать за границу.

В течение нулевых годов лидеров ореховских (а также связанных с ними медведковских и одинцовских) постепенно выловили и осудили. Ося был задержан в Барселоне местной полицией и провёл восемь лет в испанской тюрьме за незаконное хранение оружия, после чего был экстрадирован в Россию. В 2011 году Мосгорсуд признал его виновным в 36 убийствах и приговорил к пожизненному заключению.

Курганская ОПГ

Несмотря на название, эта группировка тоже вела свою деятельность в Москве, где и прославилась своей жестокостью даже на фоне других банд, тоже не замеченных в особой любви к человечеству.

Лидеры курганских – Андрей Колигов, Олег Нелюбин и Виталий Игнатов – познакомились в родном Кургане, когда подрабатывали могильщиками на кладбище (очень символично). Четвёртым кладбищенским “мушкетёром” был Александр Солоник, тогда – недоучившийся курсант Горьковской высшей школы МВД, а в будущем – легендарный киллер.

Группировка начала свою деятельность в родном городе, но в 1990 году перебазировалась в Москву. Там она сначала вступила в союз с лидером ореховских Сильвестром, но вскоре решила “пойти своим путём”.

Одним из его этапов стало убийство трёх лидеров влиятельной Бауманской ОПГ, с которыми курганские не поделили ночной клуб “Арлекино”. Руками Солоника были убраны Валерий Длугач (Глобус), Анатолий Семёнов (Рэмбо) и Владислав Ваннер (Бобон). Вскоре был убит и Сильвестр, попытавшийся с наглыми провинциалами договориться. Правда, сделали это курганские или кто-то ещё, непонятно.

Меньше чем через месяц после гибели Сильвестра Солоника задержали на Петровско-Разумовском рынке, где он успел застрелить трёх милиционеров и охранника.

Киллер признался в совершённых убийствах, которых в итоге набралось около 20, но спустя восемь месяцев содержания под стражей сумел сбежать из следственного изолятора “Матросская тишина”, став едва ли не первым, кому это удалось.

Помощь ему оказали курганские соратники, подкупившие надзирателя (или, по другой версии, внедрившие его специально). В карьере Солоника это был уже третий удачный побег: до этого он сбегал прямо из зала суда в родном Кургане и из колонии в Ульяновске.

Несмотря на экономические успехи, своими методами курганская группировка нажила себе столько врагов, что находиться в Москве её лидерам было небезопасно. Вдобавок ко всему, они рассорились между собой, в результате чего уехали за границу поодиночке.

Правда, двоих из них российским властям вскоре удалось заполучить: Колигова арестовали в аэеропорту “Шереметьево-2”, когда он по глупости решил вернуться в страну, а Нелюбина выдали власти Нидерландов, где он был осуждён за убийство коммерсанта из Латвии.

Обоим уже не суждено было оказаться на свободе. Нелюбина, вместе с ещё одним влиятельным членом ОПГ Павлом Зелениным, убили в той же “Матросской тишине” в результате “драки между заключёнными” ещё в 1998-м.

А Колигов, дождавшийся-таки суда и отбывавший срок в колонии, якобы совершил там самоубийство в 2005-м.

Что касается Солоника, то киллер, после побега скрывавшийся в Греции, в 1997 году был задушен своим видным коллегой по ремеслу Александром Пустоваловым по прозвищу Саша-Солдат, работавшим на Ореховскую ОПГ.

Вместе с ним убили его сожительницу Светлану Котову – финалистку конкурса “Мисс Россия-96”, чьё расчленённое тело позже нашли в закопанном в землю чемодане.

Единственный из четырёх тамбовских могильщиков, о чьей судьбе ничего не известно – Виталий Игнатов, который, возможно, до сих пор скрывается где-то за границей.

Тамбовская ОПГ

Данная группировка также орудовала не в городе, давшем ей название, а в Северной столице. Основанная выходцами из Тамбовской области Владимиром Кумариным и Валерием Ледовских, познакомившимися в Ленинграде в 1988 году, поначалу она входила в состав мощной Великолукской ОПГ, но постепенно приобрела самостоятельность и стала лидером криминального мира на севере России.

Впервые о тамбовцах заговорили  в 1989-м, еогда они устроили редкую по тем временами разборку с применением огнестрельного оружия с конкурентами из Малышевской ОПГ.

Суд освещал известный журналист Александр Невзоров и, как впоследствии рассказывал Кумарин, сделал группировке своими репортажами хорошую рекламу.

Любопытно, что, став депутатом Государственной Думы, Невзоров впоследствии назначил Кумарина своим помощником.

Освободившись из колонии в 1991 году, Кумарин решил окончательно обособиться от великолукских. На этом пути он со своими сообщниками достиг большого успеха.

Со временем группировка контролировала не только Санкт-Петербург и Ленинградскую область, но и значительную часть Карелии, а также Новгородской и Псковской областей.

Считается, что по охвату населения (5,5 миллионов человек) тамбовские поставили своеобразный рекорд криминального мира России.

Накопив влияние, ОПГ проникла в топливно-энергетический комплекс, выкупив петербургские филиалы “Сургутнефтегаза” и объединив их в “Петербургскую топливную команию”, которую возглавил Кумарин (к тому времени взявший фамилию матери – Барсуков). Его первым замом стал городской вице-губернатор Юрий Антонов. Кроме того, группировка вела дела через спикера Законодательного собрания Петербурга Виктора Новосёлова и депутатов Госдумы от ЛДПР, братьев Сергея и Вячеслава Шевченко.

На рубеже тысячелетий у тамбовских, вроде бы легализовавшихся и ставших приличными бизнесменами, всё же начались проблемы.

Спикера Новосёлова в 1999 году взорвали в собственной машине, депутата Сергея Шевченко в 2001-м осудили на 7,5 лет условно за вымогательство, а его брата убили в 2004 году на Кипре. В 2007-м арестовали и Барсукова-Кумарина.

Ему инкриминировали рейдерские захваты и легализацию преступных доходов. В 2009-м он был приговорён к 14 годам лишения свободы по данному делу, но вскоре последовали новые. Суды над ним с некоторыми перерывами тянутся по сей день.

В 2014-м Барсуков-Кумарин прославился своим последним словом “Спецправосудие. Суд особой важности”, опубликованным в СМИ, после которого присяжные вынесли ему оправдательный вердикт по делу об организации покушения на убийство.

Однако затем Верховный суд страны отменил приговор и вернул дело в нижестоящую инстанцию. В представлении прокуратуры было сказано, что публикация в СМИ якобы означала недопустимое воздействие на присяжных.

В августе 2016-го лидер тамбовских получил по данному обвинению 23 года лишения свободы.

Ещё один видный член Тамбовской ОПГ Михаил Глущенко в 2015-м был приговорён к 17 годам за организацию резонансного убийства депутата Госдумы Галины Старовойтовой, совершённом ещё в 1998-м. При этом заказчиком он назвал Барсукова-Кумарина, так что у того, по всей видимости, проблем с правосудием ещё прибавилось.

Не сложилась судьба и у другого лидера тамбовских – анитквара Михаила Монастырского по кличке Моня, известного своими подделками яиц Фаберже. Будучи депутатом Госдумы от ЛДПР, он смог избежать ареста и сбежал в Европу, но в 2007-м погиб в странном ДТП на юге Франции.

Источник: https://www.anews.com/p/52827741-kriminalnaya-rossiya-chto-stalo-s-samymi-strashnymi-bandami-90-h/

«Санитары»: самая жестокая банда из Ростова-на-Дону

Лидеры ростовских опг в 1994 году. Как зарождалась ростовская мафия

В начале 80-х годов жители Ростова-на-Дону начали бояться открывать дверь сотрудникам скорой помощи и участковым врачам, а бдительные соседи больных вызывали милицию. Виной тому были ходившие по городу слухи о банде грабителей, которые врывались в квартиры, пытали и с особой жестокостью убивали хозяев.

Бандиты в белых халатах знали, кого грабить. Им были не интересны простые люди — их жертвами становились подпольные советские богачи – директора магазинов, фарцовщики, цеховики. Нападения явно совершались по наводке.

Богатые жертвы

Банду прозвали «санитарами» — в феврале 1981 г.

в квартиру к директору овощного магазина Муранову (имена жертв в разных источниках написаны по-разному) преступники попали, представившись сотрудниками санэпидстанции. Жена директора с готовностью открыла им дверь.

Ее начали избивать, требуя, чтобы она сказала, где хранятся деньги и ценности. Бандиты унесли целое состояние: около 17 тысяч рублей, украшения, часы, дубленку.

Представившись врачами скорой, преступники проникли и к обеспеченной портнихе Сабировой. На этот раз их добыча оказалась скромнее – украшения на сумму около полутора тысяч рублей.

Хозяев квартир жестоко избивали, но многие остались живы. Казарян, директор одного из пунктов приема стеклотары, даже под пытками не сказал, где хранит свои сбережения, – преступники взяли все, что нашли, но убивать несговорчивого человека не стали.

Жестокие убийства

Долгое время у следствия было всего несколько зацепок: грабежи совершала банда, преступники имели не славянскую наружность и были хорошо информированы. Отпечатков пальцев в базе данных не было. Однако чем больше совершалось преступлений, тем яснее становилась связь между ними.

5 февраля 1980 г. в квартиру Ларисы Слепаковой, жившей в центре Ростова, позвонили. Хозяйка открыла дверь и сразу же оказалась отброшена ворвавшимися. Главный налетчик был с топором.

Бандиты зарубили Слепакову и ее беременную дочь, но не увидели, что на кухне за закрытой дверью сидела соседка, зашедшая в гости. Услышав звуки борьбы, она выскочила на балкон. Она смогла привлечь внимание прохожих.

Прибывший наряд милиции обнаружил жертв: зарубленную топором Слепакову и ее задушенную дочь.

Слепакова была спекулянткой, занималась перепродажей дорогих и дефицитных вещей. Она вела списки клиентов, среди которых были весьма влиятельные люди. Им не хотелось становиться фигурантами уголовного дела, и следствие всячески тормозилось, а потом и вовсе было закрыто.

Однако после серии ограблений, совершенных «санитарами», производство по делу вновь возобновилось. Следователь сохранил все наработки, включая данные из записной книжки Слепаковой.

Преступления «санитаров» совершались по одной схеме, и почерк выдавал грабителей. Жестокое убийство Елены Фроловой, жены известного скупщика золота, напоминало трагедию Слепаковой: Фролову пытали, а затем задушили. Ее муж не хотел признаваться в том, сколько было украдено, но следователям было понятно: добыча явно была богатой.

Через некоторое время «санитары» убили пенсионерку Артамонову, которую все соседи считали нищей. Оказалось, что старая женщина хранила огромные ценности под матрасом, который бандиты не додумались поднять. Пенсионерка предпочла умереть, но не выдала место хранения ценностей.

Дело о наркотиках

Следователь Закшевер параллельно работал с делом о ростовских наркопритонах. Он должен был допросить подозреваемых в сбыте наркотиков – двух студентов мединститута. Те, подрабатывая на скорой, приворовывали, а затем перепродавали препараты, содержавшие наркотические вещества. Они и сами принимали наркотики.

Как выяснилось, среди их покупателей был некий Зафас. Имя показалось Закшеверу знакомым – в зашифрованных списках клиентов Слепаковой значился «Запас», который был достаточно обеспеченным для того, чтобы приобретать дорогие вещи.

Следователь выяснил, что Зафас «опекал» студентов, напрямую покупая у них наркотики, иногда одалживал им деньги. Однажды он попросил их украсть для него медицинскую униформу и фонендоскопы. Такое совпадение сразу насторожило команду следователей.

Человек из хорошей семьи

Зафас Барциц на первый взгляд преступника не напоминал. У этого успешного прораба из «Ростовгражданстроя» было все: обеспеченные родители, влиятельные родственники, два высших образования, семья. Он жил в центре Ростова и ни в чем не нуждался.

Подозрительными показались два факта. Во-первых, Барциц довольно часто брал отгулы за свой счет и уезжал из Ростова. Во-вторых, он зачем-то снимал частный дом на окраине Батайска и регулярно туда наведывался.

Милиционеры решили организовать наблюдение и прибыли в Батайск. Там они поставили строительный вагончик и под видом дорожных рабочих целыми днями честно прокладывали новую трассу: копали землю, вбивали колышки.

Выяснилось, что вместе с Барцицом в доме часто бывает криминальный авторитет Христя (Хачарес Косиян), приезжавший с подельниками. Но пока следствию было не за что зацепиться, и расследование продолжилось.

Закшевер и другие следователи выяснили, что в Ростов Барцица отправили родственники, потому что на родине в Абхазии он успел испортить себе репутацию, участвуя в грабежах. От тюрьмы его спасли семейные связи.

Еще тогда он пристрастился к наркотикам, а к началу 80-х не мог обходиться без нескольких ампул «Промедола» в сутки (цена трех ампул составляла около 75 рублей — большие по тем временам деньги).

Общаться с бывшими подельниками он тоже не прекращал.

Донецкое дело

Неопровержимые улики были получены из Донецкой области – там была ограблена богатая квартира в Горловке. Милиционеры задержали известного ростовского грабителя Вахо (Автандила Ломидзе). Его подельникам удалось сбежать, но на месте преступления остались отпечатки.

Их сличили с найденными в квартирах, ограбленных «санитарами». Оказалось, что в Горловке действовали как Барциц, так и гость его дома в Батайске находившийся в бегах Мовсес Айвазян.

Дальнейшее расследование показало: в банду «санитаров» входят многие старые подельники Барцица: Гриша Кутателадзе, Солтан Султанов и другие.

На всех уровнях банда была связана с наркотиками – грабежи были лишь одним из направлений ее деятельности, причем не основным. Всего банда «санитаров» действовала около четырех с половиной лет.

Именно она контролировала поставки веществ в Ростов. Промежуточным звеном между поставщиками и покупателями были врачи.

Двоих медиков, решивших самостоятельно продать наркотические препараты, взяли с поличным, и они начали выдавать тех людей, с которыми общались.

Аресты «к праздникам»

Оперативники планировали собрать как можно больше доказательств, но начальство хотело продемонстрировать успехи ростовского Уголовного розыска побыстрее. Отчет о раскрытии серии громких преступлений было решено подать к ноябрьским праздникам.

Барцица задержали у его дома. Арестованный не сопротивлялся. При нем были документы, пакет с наркотиками и деньгами, а в машине – пистолет и нож. Барциц понимал, что его арестуют, и намеревался бежать.

Он очень надеялся, что и в этот раз его спасут. И не напрасно: на следователей начали оказывать давление. Барцицу грозила высшая мера, но приговор суда в 1984 г. был мягок – девять лет лагерей.

Для мозгового центра группировки и главного наводчика это был очень небольшой срок.

Аресты остальных фигурантов дела было решено провести к началу 1982 г. Прослышав о том, что их вот-вот задержат, многие «санитары» пустились в бега.

Авторитет Христя (Косиян) вообще не верил в то, что его могут задержать, поэтому не прятался. Он лег в больницу, где его и арестовали. По приговору суда он получил 15 лет лишения свободы. Косияна в свое время видел сосед портнихи Сабировой – он опаздывал в рейс и попросил сидящего в автомобиле водителя его подвезти. Косиян грубо выругался, а обиженный моряк запомнил номер «Волги».

Было установлено, что Слепакову и ее дочь убили Барциц, Султанов и один из телохранителей Косияна – Геннадий Дворников. После ареста Зафаса они попытались скрыться, но были пойманы. Оба преступника были наркоманами. Султанов, когда у него началась ломка, вышел из укрытия, надеясь раздобыть дозу, а Дворникову оперативники через подставных лиц предложили выгодно купить партию наркотиков.

Айвазяна, который сбежал сразу же после ограбления в Горловке, нашли в Сибири, где его удалось задержать почти случайно – он попался при проверке документов.

Решив, что терять ему нечего, он едва не устроил катастрофу самолета, на котором его везли в Ростов, – попытался открыть люк при взлете.

Суд приговорил его к высшей мере наказания, но через два года приговор смягчили, заменив 15 годами лишения свободы.

Всего в группировку входили около 60 человек. Но не все из них оказались на скамье подсудимых. Расстрелян же был только Кутателадзе. Многих бандитов «прикрыли» влиятельные покровители.

Источник: https://the-criminal.ru/sanitary-samaya-zhestokaya-banda-iz-rostova-na-donu/

Правник
Добавить комментарий